Крёстные воткинских Чайковских

7 мая исполняется 180 лет со дня рождения «нашего всё» — Петра Ильича Чайковского. Первая отметка в его биографии была поставлена в Благовещенском Соборе Воткинска спустя 12 дней – 7 мая 1840 по старому стилю. 12 дней для причащения в Соборе находящемуся всего в версте от дома, говорит о том, что мальчик был или хил, или ждали высокопоставленного крестника. Однако крестником стал протоирей Благовещенского Собора Василий Георгиевич Блинов и Надежда Тимофеевна Вальцова.



Отец Блинова – Георгий Михайлович, служил в Вятском Богоявленском Соборе. Он был в добрых отношениях с дедом Петра Ильича – Петром Федоровичем. В таких добрых, что Петр Федорович стал восприемником его сына Василия.

Что касается Надежды Тимофеевны Вальцевой, то, как ни странно, Модест Чайковский в биографии брата называет её тетушкой Ильи Петровича. На поверку получается, что никакая она не тетушка, а двоюродная сестра Ильи Петровича. Дед Ильи Петровича Чайковского подпоручик Степан Посохов для обороны Кунгура от Пугачева прибыл из Екатеринбурга, где и погиб смертью храбрых. Кунгур назначил сиротам пенсию. В Кунгуре на старшей дочери Анастасии женился Петр Федорович. Младшая дочь – Наталья вышла замуж за сына священника, уроженца села Остарки Мамадыжского уезда Казанской Губернии, выпускника Казанской духовной семинарии и Санкт-Петербургской учительской гимназии, преподавателя для 4 классов Вятского народного училища Тимофея Титовича Рапинова. Таким образом, Надежда Тимофеевна Вальцева происходит из вполне интеллигентной семьи. Именно Илья Петрович притащил на Камско-Воткинский завод семейство Вальцовых сразу как приступил к делам — «… место исправника свободно, и я не замещу его ни кем, пока не откажется Алексей Сергеевич (Вальцов)…» Кумовство в Воткинске имеет глубинные корни.

Самые интересные восприемники были у старшего брата Николая. Родился 9 мая 1838 года, причастился 21 мая (тот же длиный интервал 12 дней). Восприемниками значатся «Главный начальник Алтайских заводов, генерал-майор Федор Федорович Бегер. Дедюхинского завода, старшего советника Иванова Ивановича Антонова, дочь девица Апполинария.» Таинство провел протоирей Василий Блинов.



Видимо, получив в марте 1838 года чин генерал-майора и назначение на должность начальника Алтайских горных заводов, Томский гражданский губернатор, золотооткрыватель Ф.Ф.Бегер направлялся к месту службы по пути заскочив в Воткинск.

Судя по столь важному восприемнику, на Николая семья возлагала большие надежды.

Что касается восприемницы девицы Антоновой, то пока на неё ничего не попадалось…

Николай не был первенецем у Александры Андреевны. В 1836 году она родила девочку Екатерину, которая погибла при переезде в Воткинск. Кроме того, имеется жуткая цитата из письма Александры Андреевны, будучи на сносях сыном Петром, в котором она рассказывает, как чуть не потеряла сына Николая.

Письмо Александры Андреевны сестре:
«...2-го (15) числа декабря, в субботу вечером Количка, играя с папой в лошадки, вдруг сделался невесел. Надобно тебе сказать, что он уже совершенно ходил, даже бегал, зубки уже давно все вышли, даже и глазные, и уже много говорил. Папа заметил, что он невесел, принес его ко мне на постель, где я отдыхала после бани, я тотчас заметила, что у него маленький жар, он прилег ко мне на руку… Жар до того усилился, что я принуждена была послать за Сильверстом Федоровичем (Тучемским), который к моему несчастью в этот день и еще сам с утра захворал… слег в постель: он только велел сказать мне, чтобы мы не беспокоились, потому что… все зубы вышли, следовательно, ничего опасного быть не может, но впрочем, чтоб мы послали за младшим доктором, который также очень хороший и умный молодой человек. Мы тотчас же послали… жар все более и более увеличивался, и он беспрестанно закатывал глазки. Только что (доктор Александр Ипатович) Романов взошел в комнату, ему дернуло судорогой одну ручку… Я… побежала опрометью к Сильверсту Федоровичу, который живет от нас по крайней мере в двух верстах расстояния, — я выбежала совершенно в одном платье после бани и в 25 градусов мороза… На дороге нагнали меня лошади, не помню кто меня посадил в фаэтон, надели на меня мужскую шубу и таким образом прискакала я к Сильверсту Федоровичу во втором часу ночи. С трудом дозвонилась я, чтоб мне отворили дверь, потому что все уже у них спали мертвым сном. Все думали, что я сошла с ума, потому что (как мне потом рассказывали) я ужасно била офицера, который меня провожал, и акушерку, которая теперь беспрестанно у меня, а на себе я все рвала, я в то время уже совершенно забыла в каком я положении. Когда мне отворили дверь, я вбежала в зал, рыдая во все горло, но когда ко мне вышел из спальни Сильверст Федорович, я повалилась перед ним на пол, совершенно без чувств. Он ужасно испугался, поднял меня, посадил, успокоил, и. хотя сам был очень болен, однако сейчас же оделся и поехал со мной. Когда мы приехали. Романов уже действовал ставил пиявки и старался его успокоить магнетизмом. Сильверст Федорович… сказал, что у него сильнейшее воспаление в мозгу и излияние воды на череп, и не скрыл, что нет никакой надежды. Надобно знать и видеть этого ангела, что бы вполне понять, как поразило это известие всех, а тем более нас, — все посторонние его обожают, а для нас заключаются в нем все радости… Доктора принимают все возможные средства, чтобы спасти его, но нет, он уже начал холодеть. Сильверст Федорович шепнул Романову, чтоб его больше не беспокоить, и не безобразить, ни шпанскими мушками, ни пиявками, а оставить его спокойно умереть, меня же и Ильеньку совершенно приготовили к тому, чтоб навсегда его лишиться… Ужасна была для меня потеря Кати, — но этот ребенок привязал меня к себе до невозможности. К… утру он был уже совершенно холоден вплоть до грудочки, ручки холодные, дыхание холодное и прерывистое, губки уже совершенно черные. Но вдруг во время заутрени Надежда Тимофеевна (Вальцева)… вздумала принести здешний чудотворный образ Владимирской Божьей Матери. Тотчас же пошли в церковь и принесли его. Протопоп здешнего собора отслужил молебен с коленопреклонением, все присутствующие молились, рыдая во все горло, я же была в совершенном изнеможении. По окончании молебна понесли образ обратно; но не успели его вынести из ворот, как вдруг прибежали ко мне сказать, что он опомнился и первое слово сказал: «Бог» — и попросил молочка. Сами доктора удивились и решительно говорят, что это чудо, что тут единственно подействовала родительская и общая молитва… Теперь он поправляется...»

Такие нервные потрясения при беременности матери объясняют неврозность будущего композитор, хотя самая распространенная версия психической неуравновешенности композитора указывается, как припадочность деда Асье.

Видимо, потеря первенца, послужила причиной того, что в семье Ильи Петровича появилась Лидия Владимировна Чайковская – погодок Кати, дочь брата Ильи Петровича Чайковского, изгнанного с должности городничего города Оханска за растрату 15 тыс.рублей. Модест в биографии называет её сиротой, однако её отец скончался в 1850 году…



На знаменитой фотографии, которую видел каждый воткинец, датируемой 1848 годом, (с датировкой и местом съемки проблема — в разных источниках указывают и Воткинск и Алапаевск) старшей девочке вряд ли можно дать 19 лет. Скорее 14. Видно, что она чуть старше Николая. Таким образом, это скорее не Зинаида, а Лидия. Возможно путаница произошла еще и потому, что обе эти девицы вышли за братьев Ольховских. Старший Ольховский стал управляющим Златоустовским заводом, а другой работал на монетном дворе в Санкт-Петербурге.

Отвлекся… Через полтора года после рождения Пети, 28 декабря 1841 года по ст. стилю родилась Александра. К сожалению, часть метрической книги с датой рождения/крещения утрачена. Восприемником значится все тот же протоирей Блинов и «умершего титулярного советника Василия Павловича Попова дочь Анастасия Васильевна».



На поверку Анастасия Попова 1807 года рождения оказалась дочерью старшей сестры Евдокии – племянница Ильи Петровича, ставшей вроде экономки в воткинском доме.

Последний воткинский птенец гнезда Чайковского Ипполит родился, как по расписанию, вновь через полтора года — 8 апреля и был окрещен 18 апреля 1843 года по ст.стилю.



Восприемник мужеского пола не удивил – всё тот же Блинов. А вот восприемницей стала – «генерал-майорша Екатерина Андреевна Алексеева».

Звание восприемницы помогло и Ипполит также дослужился таки до генерал-майора.
Одного видного Алексеева обнаружить удалось. Одним из первых шагов Ильи Петровича 7 августа 1837 года была возобновлена деятельность ученого общества, которое должно было собираться еженедельно.

«… горный начальник, приемля на себя приятную обязанность председательствовать,… назначает членами оного гг. управителя завода майора Романова, старшего смотрителя поручика Бадаева, и подпоручиков Отраду и Алексеева, из них на последнего сверх сей обязанности возлагает звание секретаря ученого общества: также считает нужным пригласить к тому гг. доктора Тучемского, лекаря Романова, лесничего Мальгина, его помощиника Васильева и вальдмейстера Москвина.»

Похоже, Алексеев выслужился…

К 175 летнему юбилею композитора планировали снять фильм о его жизни… «Пробежав по шапкам» обнаруживается такая куча разных интересных персоналий, их взаимосвязей, событий о жизни Чайковских в Воткинске, что этого с лихвой бы хватило на такой сериал с документальной! основой, что Аббатство Даунтон просто нервно курило в сторонке… Бог с ним, с сериалом, до сих пор нет хорошего хронологического исследования о жизни Чайковских здесь. А ведь этот дом не просто дом Чайковского. Это на самом деле дом Дерябина! Это дом управляющего-писателя-инженера Мамышева! Это дом внушительного списка начальников завода, чьи истории не менее поучительны, чем история Чайковских Может еще всё впереди? Может музей-усадьба, имея научные кадры, найдет им серьезное применение и тридцатилетняя эпоха изготовления красивых пустышек сменится на серьезную работу?

1 комментарий

avatar
Чем больше углубляешься в биографию Чайковского, тем больше понимаешь, что в ней творится бардак. Вот, например, Модест описывает замужество Зины и Лиды

Весною 1853 г. Петя выдержал переходный экзамен в VI класс. Лето того же года, в том же составе вся семья провела на даче Шателена близ дачи Кушелева-Безбородко, а осенью переехала на другую квартиру в Соляном переулке, в дом Алексеевой. Здесь Зинаида Ильинична сделалась невестой; в январе 1854 г. вышла замуж за Евгения Ивановича Ольховского и уехала с мужем на Урал. Вскоре затем и другая полудочка Александры Андреевны, Лидия, была помолвлена со старшим братом Евгения, Николаем Ивановичем Ольховским.

А вот челябинский краевед делает датировку рождения сына Зины

В Златоуст прибыл 18 сентября 1856 года и вступил в управление Златоустовским заводом[15]. В этот город супруги Ольховские приехали с двумя маленькими детьми: Михаилом (родился 20 февраля 1854.) и Марией (20 февраля 1856)

Зина в январе вышла замуж, а в феврале уже разродилась? Ой, сомнительно…

Вот пермяки упоминают причину появления в семье Лиды

В 1843 году от чахотки умирает жена Владимира Петровича Мария Александровна. Ее смерть стала тяжелой утратой для детей, особенно для маленькой Лидии. Поэтому братья Чайковские принимают нелегкое решение увезти девочку из Перми в Воткинск, чтобы она воспитывалась в доме Ильи Петровича вместе с будущим композитором.
.

А вот в известном издании писем П.И.Чайковского от 1940 года чудесная датировка

13 января 1854 г. умерла мать, старшая сестра Зинаида вышла замуж за Ольховского и уехала на Урал

Хотя кругом приводится, что мать умерла 13 июня от холеры.

Далее, там же в письме Пети Чайковского родителям от 12 апреля 1851 от рассказывает:

С Воскресения до вчерашнего дня мы гостили у доброй и милой Марии Александровны…

мы верно будем ходить по Воскресеньям и Праздникам к Марье Александровне1, которая такая добрая женщина, что в доброте = вам двум прекрасным Ангелам…

1 — Марья Александровна Чайковская — жена Владимира Петровича (мать Лидии)

Опс — мамочка Лиды воскресла?

А вот красивая книжечка Олеси Талаловой
Отец
Илья Петрович Чайковский, отец великого композитора родился в 1795 году в Вятке.
Фотография Пальчиковой подписана — «Портрет Фанни Дюрбах на склоне лет. Год неизвестен»
Комментарии излишни…

Обидно наблюдать такой бардак… А ведь постоянно находится что-то новое, уточняется. Вот, например, несколько лет нашли могильный камень Николая Ольховского. А в сюжете для ТВ оказывается, что это могильный камень еще и любимой сестреницы Чайковского — Лидии. Её смерть всюду датируют 1892 годом, а на этом могильном камне стоит датировка 6 января 1913 года!!!


Такие вот вопросики…

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.