Впечатления 2017. Часть 4

От развалин крупнейшей базилики средневекового Крыма, являющейся одновременно братской могилой защитников Феодоро (все мужское население — около 12 тысяч мужчин и 800 женщин, отказавшихся принять ислам), тропинка выводит на открытую поляну с огромной огороженной территорией раскопок – царский дворец.



Как понимаем из таблички, дворец был уничтожен во время штурма. Расстрел в упор мраморными ядрами и последующий пожар покончили с резиденцией мангупских правителей.



О том, что такое раскопки, я знаю не по наслышке – был негром на раскопке знаменитого тарасовского могильника – крупнейшего на территории Удмуртии с 1800 захоронениями III века нашей эры.




Раскопки могильника и раскопки строений — вещи различные. Могильник гораздо богаче не различные артефакты. Тем не менее, Мангуп богат на находки. Раскопки здесь были начаты еще в 1912 году. Так что найти действительно стоящие вещи казалось бы большой удачей, но находки идут.




Главной находкой дворца считается закладная плита с личным гербом князя Алексея и двуглавым орлом – гербом Феодоро датированная 1425 годом. Она вывезена и хранится в Бахчисарае.



Таким образом, орел на гербе Феодоро появился раньше, чем на гербе Московских князей – Софья Палеолог, супруга Ивана III привезла этот символ только в 1472 году. Кстати, примерно в это же время Феодориты предлагали породниться с московитянами – предлагали княжескую дочь замуж за сына Ивана III, но не сложилось из-за разгрома государства османами. Вообще, расцвет княжества Феодоро был недолог – меньше века. Они были стеснены с юга генуэзцами, с севера крымским ханством, но тем не менее их владения с переменным успехом простирались от Инкермана до Алушты. С ними считались и желали родниться. Вот только происхождение князей Феодоро довольно смутное. Историки переругались из-за того, считать ли их веткой Гаврасов (правителями могущественного в те времена Трапезунда). Но то, что они не были этническими готами – это точно.

Культурный уровень развития, судя по цацкам, найденных в погребениях, все же был довольно высок. Однако, они так и не стали чеканить собственные монеты – пользовались соседними. Кстати, погребения готов довольно легко определяются. Видимо готы очень боялись воскресших мертвецов и перед захоронением разбивали усопшим череп…

К сожалению турки к сооружениям гяуров относились без всякого пиитета — на территории Византийской империи не осталось ни одного дворцового комплекса. Аналоги сохранились только в Венеции.

И снова идем через овраг на следующий мыс.

Опять гроты и даже с охранными табличками.




На роднике в тени деревьев тусуются хипари с дредами. Как я понял, они поднялись сюда по другой, еще более короткой, но более крутой тропинке.

Опять древние ступени ведут на плато.



Вдали виднеются остатки осадной стены.



А мы идем к мысу, на котором ничего примечательного нет — только офигительный вид.





Там вдали последний мыс – цитадель Мангупа.




Экскурсия накладывает определенные временные рамки, и просто помедитировать здесь не удается. Но я успеваю подумать, что надо бы прекратить заливать Воткинск дождями и вы свидетели, дождики пошли на спад.

Мы движемся к последнему мысу и останавливаемся слева от тропы у еще одного раскопа.


Оказывается в 2015 году было обнаружено основание мраморной колонны, и вот теперь начинают исследовать, что это за сооружение. Конечно, это скорее всего храм — мраморные колонны где-попало не ставят.


А дальше мы подходим к еще одному остову – церкви святого Георгия.



В 1912 году здесь была найдена плита на которой искусно была вырезана скульптура Георгия Победоносца. Аналог такой скульптуры был установлен на Спасской башне Кремля. Судя по инструменту, использовавшемуся при изготовлении московской скульптуры, её делал приглашенный мастер. После революции эту скульптуру утратили. Неповезло и этой скульптуре – она не доехала до Бахчисарая, и возможно лежит где-то здесь в отвале.


Вообще, когда я смотрю на снимки первых раскопок 1912 года и что вижу сейчас, то заметно, что за век строения подверглись значительным разрушениям. Консервация всем объектам крайне необходима.


И вот когда я усваивал, весь этот материал, я наткнулся у Фадеевой в «Княжество Феодоро и его князья» на 3х страничный опус о посвящении церквей. Суть такова – при раскопке базилики, была найдена закладная плита с её названием — церковь Святого Константина и Елены. И дальше она прикладывает свидетельство некоего польского посла Броневского, о пожаре при котором погорели церкви Константина и Георгия. Что касается церкви Георгия — то тут вроде как у историков полное согласие, а вот по церкви Константина вопрос. И Фадеева никак не может подвести эту сгоревшую церковь Константина с базиликой Константина и Елены, не может заменить её ни каким другим известным храмом. Почему бы вновь найденному объекту не оказаться этой пропавшей церковью Константина? Буду следить за новостями с Мангупа. Интересно же…



А пока иду через очередную рощу уже непостредственно к цитадели. Как видите, природа уничтожает памятник древности прямо на глазах…

1 комментарий

avatar
Basiley Кстати, погребения готов довольно легко определяются. Видимо готы очень боялись воскресших мертвецов и перед захоронением разбивали усопшим череп…
Боялись??? Кого??? Мертвецов и могилок??? Да это-ж мрак и безнадёга!

Ответственно и афторитетно заявляю, что вымершие самозванцы, в лице «примазовшихся» средневековых крымских «псевдо готов», не имеют никакого отношения к настоящей, трушной могилко-готятской культуре!!!

Люди запомните — настоящие готы живут во-дворцах с лепниной и регулярно посещают парикмахерскую для мелирования…

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.